Межобщинные отношения в Эстонии через призму политтехнологий

kornilovalsvez1О том, как именно проживают в Эстонии русские и эстонцы, написано и сказано немало. Как правило, есть два диаметрально противоположных неправильных мнения. Чиновники из европейских структур называют ситуацию «успешным примером интеграции», ряд публицистов из РФ, скорее, по незнанию, чем из злого умысла рисует картину в самых мрачных тонах.

Так как межобщинный диалог в старой Европе из-за ситуации с беженцами сейчас актуален как никогда, не лишним будет разобраться в эстонской действительности. Имеются в виду прежде всего отношения на так называемом «бытовом» уровне, между среднестатистическим эстонцем и среднестатистическим русским из Эстонии. «Русскими» считаются все выходцы из стран бывшего СССР, чьим «первым» языком является русский.

По большому счету принципиальных различий в мировоззрении среднестатистического умеренно политизированного эстонца и среднестатистического умеренно политизированного эстонского русского немного. Разве что эстонская молодежь в большинстве своем не знает или плохо знает русский язык. Но этот фактор отчасти компенсируется лучшим знанием эстонского языка молодежью русской. Все празднуют одни и те же праздники (исключение составляют церковные), имеют примерно одинаковые нравственные ориентиры. Одинаково одеваются, слушают одну и ту же музыку, смотрят одни и те же фильмы, читают одни и те же книги. Разве что русские, по понятным причинам, уделяют гораздо больше внимания авторам, режиссерам и музыкантам из РФ.

Тем не менее между собой среднестатистический русский и среднестатистический эстонец общаются крайне мало. Исключение составляют разве что ситуации, когда других вариантов просто нет — эстонец, живущий в Силламяэ или Нарве, русский из южноэстонской глубинки. В остальном же «свои» предпочитают общаться со «своими». Даже в таких «интеграционно успешных» проектах как Силы обороны и эстонские высшие учебные заведения русские моментально умудряются «находить друг друга», в редкие минуты досуга предпочитая общаться с русскими.

Но «жизнь, идущая на параллельных курсах», вовсе не означает каких-либо столкновений. Конфронтация между рядом живущими/работающими русским и эстонцем, конечно, возможна, но, в целом, не более вероятна, чем между русским и русским или эстонцем и эстонцем. Иногда — даже менее вероятна, так как «прохлада» в отношениях способствует более корректному, вежливому общению. К тому же эстонский менталитет подразумевает достаточную скрытность, даже некоторую отчужденность от людей, не входящих в ближний круг — родственников, хороших друзей.

Почему же эстонцы год за годом выбирают власти, мягко говоря, относящиеся к русским и России не по-соседски? Это безусловная заслуга местных эстоноязычных СМИ и общих для всех крупных парламентских партий особенностей ведения предвыборной гонки.

В предвыборной борьбе не принято акцентировать какое-то особенное внимание на «русском вопросе» вне контекста национальной обороны. Даже националисты довольно редко упоминают «пятую колонну» — живущих здесь русских, уделяя гораздо больше внимания вещам более актуальным для обывателя — налоги, образование, ЖКХ, безработица. Более того, все партии включают в предвыборные списки и этнических русских. Как правило, это улыбающиеся, вызывающие доверие молодые люди приятной внешности. Нередко — спортсмены или артисты. Все это создает впечатление, что вопрос межобщинных отношений в Эстонии давно снят с повестки дня. Есть только непредсказуемый агрессивный сосед, с которым надо быть настороже.

Но как доказать, что РФ действительно настолько непредсказуема и агрессивна? И тут в дело вступают эстоноязычные СМИ. Материалы о РФ в них крайне однообразны и всегда в негативном ключе. На страницах эстонской прессы не найдешь интервью с солистом Мариинки или репортажа из Эрмитажа. Зато переведенных мнений явно ангажированных российских оппозиционеров всегда предостаточно. Кроме того, экспертами по России считаются фигуры, не стесняющие «гнать сплошным потоком» откровенную «чернуху» в лучших представлениях журналистики холодной войны. (К огромному сожалению, визовый режим с Россией значительно усложнил возможности для личного ознакомления с российскими реалиями. Эстонец из Таллина может в любое время суток, просто так, наобум, заказать билет на паром в знакомый Хельсинки или билет на автобус в еще более понятную Ригу. Но для того, чтобы съездить в РФ, ему надо приложить несколько больше усилий). Вот и получается, что все, что среднестатистический эстонец знает о России, почерпнуто из СМИ. Материалы в которых настолько одиозны, что выступления политиков минимум двух из четырех крупнейших парламентских партий кажутся ему достаточно умеренными, а еще одной — крупнейшей даже пророссийскими.

Разумеется, с русскими, имеющими доступ к всему русскоязычному медиапространству, такой номер проходит в гораздо меньшей степени. К тому же значительная часть русских граждан Эстонии не утратила контактов с друзьями и родственниками, проживающими в РФ, молодежь на форумах и в соцсетях общается со сверстниками из России.

И вежливый, улыбчивый сосед-эстонец искренне удивляется, как это его замечательный сосед-русский имеет мнение, противоположное тому, что он считал аксиоматичным. Но эстоноязычные СМИ и на этот вопрос уже давно придумали ответ: «оболванен кремлевской пропагандой». Естественно, статьи условно «прокремлевских» СМИ эстонец если и читал, то в переводе и крайне урезанном, зачастую — вырванном из контекста, виде. Да и то, речь идет только только о тех статьях, что выберет «заботливый» редактор.

Для справки: русский язык является родным для примерно 30 % населения Эстонии.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Поделитесь своим мнением